ПОДРАНОК

ВолкПодобрал я подранка зимою,
Подсказало мне сердце:"Возьми!"
Он бессильно лежал предо мною
На дороге, в засохшей крови.

На меня он лишь скалился слабо,
Подвывая пытался ползти,
Перебила картечь ему лапы,
Обе задних -куда ж тут идти.

Толь охотник был тот неумеха,
Что не смог наповал уложить,
Или может, нарочно, для смеха,
Отпустил:" Глянь, браты, как бяжить!"

Конь забился, почуявши волка,
Так заржал, что аж сердце свело,
Когда взявши подранка за холку,
Я забросил его на седло.

Лишь под вечер, вернувшись в станицу,
Бедолаге я раны промыл,
Повязал их холщовой тряпицей,
В сараюшку его запустил.

Вот ведь как оно всё ж-таки вышло,
Что волкА к себе в дом притащил,
Он дней десять лежал неподвижно,
Только воду порой жадно пил.

Прокопав узкий лаз под стеною,
Не простившись он ночью ушёл,
Зверь есть зверь -он не может со мною,
Лишь на воле ему хорошо.

Много позже, опять же зимою,
Был застигнут бураном в степи,
Снег колючий кружил надо мною,
Понял, что не сыскать мне пути.

И замёрз бы я , брат, в одночасье,
И к гадалке не суйся, как вдруг,
На беду, или может на счастье,
Подскочил ко мне серый бирюк.

Ох, матёрый, глядит не мигая,
Загрызёт - до весны не найдут,
Чуть на заднюю лапу хромая,
Он с разбегу мне прыгнул на грудь...

И вдруг этот огромный волчище,
Мне лицо в один миг облизал:
"Это ж я, твой подранок давнишний!
Что ж ты друг - неужель не признал?"

Так, хромая, пошёл предо мною,
И под утро к станице привёл,
Глянул: мол, теперь квиты с тобою,
К себе в лес без оглядки ушёл.

И хоть с детства к охоте приучен,
И с ружьишком я дружбу вожу,
Крепко в душу запал этот случай:
Я с тех пор на волков не хожу.

 

Олег Кулебякин